Цитаты на тему «» — страница 90

— Мисс Элизабет Беннет, позвольте мне убедить вас унаследовать моему примеру и пройтись по комнате. Это очень освежает. [Элизабет встает и проходит по комнате вместе с Кэролайн Бингли] Мистер Дарси, присоединитесь к нам?
— Я всё испорчу.
— Что это значит, сэр? Что он хотел сказать?
[Элизабет]— Думаю, лучше не спрашивать.
— Нет , мы требуем, чтобы вы объяснили, сэр.
— Ваши фигуры лучше всего видно во время ходьбы. И мне удобнее любоваться ими отсюда.
— Ужас , какой дерзкий ответ!

— Гарри! Гарри, бежим, я тебе говорю! Осторожно! Осторожно.
— А! Ну что Джим, отбегался? Хитрого Джоба не проведешь.
— Джоб! Порох! Фитиль! А! Джо, бросай мальчишку! Бросай его! А!
— Проклятье! Чтоб тебя разорвало... Ба-бах!

... Чем меньше выбор слов, тем меньше искушение задуматься.

— Что ж, придется заказать вам отдельный номер с решетками на окнах. Сбыт наркотиков.
— Отлично. Я расскажу о ваших методах следователю.
— И в присутствии своего адвоката. Даже пишущие машинки устали от этих фраз.

Если ты любишь и веришь в свою любовь , то не стыдись в этом признаться и крикни громко: «Я люблю тебя!» Девушка услышит, и если поверит, то полюбит.

— Мы все сходим с ума иногда. А вы не сходите?
— Схожу. Порой хватает и одного раза…

— Одних уничтожают, чтобы оставшихся подороже продать.
— Хуже всякого рабства.
— Тут за себя не постоишь...
— Или продадут или уничтожат.
— Вот и вся любовь .
— Правильно говорят, там хорошо , где нас нету. Тут богачи командуют.
— Мы тут не нужны, они и своих не жалеют.
— А вы говорили, что люди нас любят, дядя Груша?
— Любят, любят... Видно деньги они больше всего любят.

Во время большевистского переворота животные инстинкты переполненных ненавистью полулюдей стали причиной страшных преступлений против правящих классов общества. Несмотря на осуждение и чувство жалости, трудно отказать этим действиям в решительности и твердости. Безо всяких переговоров, иллюзий или компромиссов эти бунтовщики, стремясь к своей цели, в каждом своем поступке шли ва-банк, невзирая на мораль , голос совести или свое происхождение . И якобинцы, и большевики вырезали представителей правящего класса и казнили монаршие семьи. Они порвали с христианством и вели против католической религии войну на уничтожение . Они сумели втянуть свои народы в войны, которые велись ими с увлеченностью и размахом, — тогда это были революционные войны, теперь такую же войну начали немцы . Теории и идеи этих подрывных элементов имели огромное влияние , далеко выходящее за границы своих стран.
Методы нацистов другие, но в их основе лежит тот же самый принцип: убийство и уничтожение инакомыслящих.

Пишу о нашей любви . Это сверхъестественно тяжело. Я же просто отдираю корки с сердца и разглядываю его, чтобы записать, как оно мучается. Вообще, настоящий писатель это жертва и экспериментатор в одном лице. Но не нарочно это делается, а само собой так получается. Но это ничуть не облегчает личной судьбы писателя — он неминуемо исходит кровью.

Жизнь холопу — лень и одурь.
Голубей гоняет — лодырь!
Кони сыты и чисты,
Знать дружишь с нечистым ты.
Домовой знать помогает,
Гривы в косы завивает!
Я тебе подкараулю -
Отолью, дружочек, пулю!

Когда война становится бесконечной, она перестает быть опасной.

Счастье может обмануть когда-нибудь!

Что есть художество? Вот какая-нибудь пичужка сидит на ветке, шишку долбит, и носик у неё кривой, и, с одной стороны, линия этого носика есть часть траектории чего-то огромного, вроде Марса а с другой — это великое предстоит сердцу умильно, понятно, ответно — восхищение от пустяка и пустяк это всё...

Сейчас нажрутся, станут песни орать.

Лишь вхожим в высшее общество дано удовольствие им пренебрегать.
(Если Вы не знаете общества, вы не знаете, какое это удовольствие избегать его.)

— Вам следует почитать Пиррона, мой друг. Он основал скептицизм — прекрасное качество в вашем деле.
— Что же, спасибо небесам за то, что вы таки прочли Пиррона, Доктор.
— Читал?! Да что вы такое говорите, я общался с этим человеком!

Когда приходится говорить любимому человеку правду, что трудно принять... Когда приходится говорить слова , что так трудно произнести, Вы должны думать лишь об одном: лучше любых длинных речей, лучше любых подготовленных слов, свет ваших глаз, говорящих, что вы любите. Этого можете быть достаточно.

— А что такое демократия ?
— Этого я никогда не понимал... Разновидность правительства. И как-то связано с тем, что молодые убивают друг друга .

Никто не мыслит дальше своего носа, не думает о том, что англичане борются за себя и свою страну, каждый почему-то считает, что англичане обязаны как можно скорее и как можно лучше спасти Голландию.

Разве вы не любите эти долгие дождливые дни в Новом Орлеане? Когда час — это не час, а всего лишь кусочек бесконечности, упавший в наши руки ... и кто знает, что с этим надо делать?