Цитаты на тему «» — страница 7

Мой Глеб Самойлов ещё сидит на стуле,
Мой Фил Ансельмо ещё с «Пантерой» в туре,
Мой Виктор Цой ещё не купил москвич,
Мой Курт Кобейн ещё не подсел на герыч.

Взгляните на вещи как немцы — реально.

Вопреки расхожему мнению, большинство бродяг сноровистые и трудолюбивые граждане. Да, мы ведем альтернативный образ жизни в попытке избежать драконовских налогов, которыми нас обложило враждебное правительство . Но не смейте забывать, что вы среди величайших умельцев всех времен и народов.

— Мне никогда ни с кем так хорошо не было.
— А сколько их было?... Ну, больше десяти?
— Что-то я есть хочу, ты не хочешь?

Но если бы ты знал, как мне тяжело! Я мучалась, ожидая тебя! Я не ревнива. Я верю тебе, когда ты тут, со мной; но когда ты где-то один ведёшь свою непонятную мне жизнь ...

На свадьбе Данте пела Дженнифер Лопез, Шон Пенн говорил речь , а сейчас мы себе можем позволить только этих дебилов. Передай этим музыкантам, если еще раз на похоронах моего сына услышу репертуар Кэти Перри, то их похороны станут следующими.

Крадучись неделями бродим по следу выживших,
И среди псов цепных, ненавистью укушенных,
Мы счастливы найти одну непорочную душу,
Одну надежду, продажному миру назло
За тысячами спин одно белоснежное крыло,
Держимся единицами в заболоченной яме,
Не сдаемся, греемся жаром сердец пламенных,
Облиты кровью, глотаем презрения яд
Месиво с ордой за один достойный взгляд ,
Толпа орет: «Сдохни, здесь не твоё знамя!»
И лишь у одного вижу в глазах – «Я с вами».

— Зигзаг, ты хоть раз управлял батискафом?
— Как-то в бассейн нырнул с вертолётом. Считается?

В молодости каждая мелкая неприятность кажется просто Концом Света. Но это не так. Это только начало .

Вы все удивительные, но это не из-за ваших сверхспособностей, а из-за того, какие вы сами. Благородство невозможно получить в результате эксперимента.

Я бы пошел с тобой, если бы не подыхал.

Да, конечно, Сталин был личность отрицательной, даже весьма отрицательной, и с возрастом его характер только ухудшался.

Любовь народа — валюта ненадёжная...

Ты пришла с мадерой, потом разделась.
«Это не любовь », сказала, «просто сделай,
Чтобы я почувствовала себя живой»...
Что же этот город сделал с тобой?

Они пьют нефть , как кровь . Мы — давимся слезами.
В закрытых кабинетах мотают нити судеб,
Недовольные мотают срок , — так было, есть и будет.

Больше всего на свете я ненавижу хреновы бомбы , чертовы трусы!

Я Бобби, и я сказал, что мои друзья — это моя семья и... моя семья не совсем понимает меня. Но чья понимает?

— Нам нужно уйти, сейчас же!
— Схватишь меня так еще раз, и я ударю тебя так сильно, что ты начнешь видеть.

В демократии нет более благородной работы, чем преподавание в муниципальной школе. <...> Новые люди становятся учителями каждый день , зная, насколько это дерьмово. Они приходят, а их предупреждают.
— Здравствуйте! Что это за работа ?
— Короче, вот что нам от вас надо. Нам надо, чтобы вы научили детей математике.
— Ух ты! Они хотят знать математику?
— Нет , вообще не хотят. Вы должны заставить их знать её против их воли. В то время как они взрываются в сексуальном плане и мудохают друг друга .
— И кто эти дети ?
— Просто всякие, которые живут рядом.
— А зарплата ?
— Примерно 10 долларов раз в четыре года.
— А если я буду хорошо работать? Тогда что?
— Ничего. Никто этого не заметит, вас уволят и вы умрёте в одиночестве.
— Хорошо , я попробую. Лет на 25.

Чувства с разумом не идут в одной упряжке.